Новости в исследовании волос: октябрь 2016 г. | Д-Р КЛЕР А. ХИГГИНС | перевод – проф. Юлия Овчаренко

Сравнительное исследование применения перорального циклоспорина и мини-пульс-терапии бетаметазоном для лечения гнездной алопеции.

Ann Dermatol. 2016 Oct;28(5):569-574

Гнездная алопеция это аутоиммунное заболевание, которое приводит к выпадению волос на голове и теле. Для лечения локализованных очагов могут применяться аппликации, для заболевания более тяжелой степени – системная терапия. При этом до сих пор отсутствует однозначная детализированная схема системного лечения пациентов. В этом исследовании Джанг (Jang) и соавт. провели ретроспективный анализ с целью сравнения эффективности и безопасности двух системных методов лечения гнездной алопеции: перорального циклоспорина и мини-пульс-терапии бетаметазоном. Они оценивали 88 пациентов: 51 пациент получал циклоспорин и 37 пациентов – мини-пульс-терапию бетаметазоном. Уровень восстановления роста волос после лечения составил 52,9% в группе циклоспорина и был немного выше уровня в 45,9%, наблюдаемого в группе мини-пульс-терапии бетаметазоном. И хотя эта разница не была существенной, когда пациентам было предложено оценить качество отросших волос, результатами лечения было удовлетворено значительно больше пациентов в группе циклоспорина, чем в группе мини-пульс-терапии бетаметазоном (70,6% против 43,2%). Существенных различий между процедурами лечения в группах пациентов, стратифицированных по тяжести или длительности заболевания, не найдено. При изучении возраста начала заболевания в качестве фактора стратификации, авторы не обнаружили каких-либо различий среди пациентов в группе циклоспорина, однако, в группе мини-пульс-терапии бетаметазоном ответ на лечение продемонстрировало значительно большее количество пациентов, у которых заболевание развилось в возрасте старше 30 лет (примерно 60% против 20%). Данное различие ответа в зависимости от возраста может объяснить более низкую эффективность мини-пульс-терапии бетаметазоном у пациентов, не разделенных по группам в зависимости от возраста начала заболевания, и подчеркивает важность стратификации пациентов при дизайне клинического исследования. Это ретроспективное исследование также указывает на более высокую эффективность циклоспорина для лечения гнездной алопеции, однако, как отмечают авторы, для подтверждения данного факта необходимо дальнейшее проведение более крупных контролируемых исследований.

 

Твердые шипучие композиции как новое средство доставки миноксидила местного применения.

Eur J Pharm Sci. 2016 Oct 13;96:411-419. doi: 10.1016/j.ejps.2016.10.016.

Миноксидил и финастерид – два препарата для лечения андрогенетической алопеции, одобренные FDA, хотя для местного применения разрешен только миноксидил. При этом пациенты часто жалуются, что после локального нанесения препарата на волосяных стержнях остается плотная жирная пленка, также есть данные о случаях раздражения кожи. Пациенты должны наносить продукт два раза в день, а в сочетании с нежелательными сенсорными характеристиками это означает частое нарушение режима лечения больными. Активным ингредиентом миноксидила является миноксидила сульфат (MXS), и несколько групп ученых работали над изменением его композиции с целью улучшения воздействия на фолликул. В этом исследовании Перейра (Pereira) и соавт. сравнивали эффективность проникновения в кожу и волосяные фолликулы MXS в твердых или жидких лекарственных формах. Авторы предположили, что эффективность проникновения в кожу MXS, применяемого в виде шипучего порошка, при последующей гидратации будет выше из-за повышенной термодинамической активности, а также механического движения, обусловленного бурным выделением пузырьков газа. Ученые разработали четыре шипучие композиции с различными размерами частиц и временем распада, которые наносили на свиную кожу с последующим добавлением воды. Сравнивались MXS в жидкой форме и MXS в твердой форме плюс вода. Растворы наносились на кожу на 3 часа, после чего смывались, затем путем отрыва липкой ленты извлекался роговой слой, которой анализировался на наличие MXS. Авторы обнаружили, что две из использованных композиций характеризовались значительным увеличением (в 4 раза) остаточной концентрации MXS в коже по сравнению с контрольным уровнем твердых или жидких композиций. Полученные данные свидетельствуют о том, что шипучая форма действительно может способствовать проникновению MXS в кожу, тем не менее, в настоящее время проблемным остается разработка такой шипучей композиции, которая была бы проста в применении для пациентов.

 

Маркеры стволовых клеток (цитокератин 17 и цитокератин 19) при рубцующихся и нерубцующихся алопециях.

J Cutan Aesthet Surg. 2016 Jul-Sep;9(3):165-171.

Существует множество типов алопеции, начиная от гнездной и заканчивая андрогенетической. Алопеция может быль рубцующегося либо нерубцующегося типа, к которому относится как гнездная, так и андрогенетическая алопеция. В этом исследовании Эль-Сакка (El Sakka) и соавт. анализировали экспрессию цитокератинов 17 и 19 в волосяных фолликулах 10 пациентов контрольной группы, 15 пациентов с рубцующейся алопецией и 15 пациентов с нерубцующейся потерей волос. Участниками группы нерубцующейся алопеции были пациенты с гнездной алопецией. Участниками же группы рубцующегося облысения стали 5 пациентов с потерей волос после ожога, 5 пациентов с длительной дискоидной красной волчанкой и 5 пациентов с длительным плоским фолликулярным лишаем. Наиболее интересной находкой стал тот факт, что экспрессия CK17 наблюдалась как в фолликулах контрольной группы, так и группы нерубцующейся алопеции, тогда как ее уровень в фолликулах, взятых у пациентов с рубцующейся алопецией, был сильно снижен (или она отсутствовала вовсе). CK17 это цитоскелетный белок, содержащийся в наружном корневом влагалище волосяных фолликулов, а его отсутствие у мышей приводит к преждевременному переходу в фазу катагена и выпадению волос.

 

Стимулированная активином A сигнализация регулирует неогенез волосяного фолликула.

Exp Dermatol. 2016 Oct 10. doi: 10.1111/exd.13234.

Дермальный сосочек представляет собой небольшое скопление клеток, расположенных в основании волосяного фолликула; у взрослого человека он сохраняет способность стимулировать рост новых волос. При извлечении дермальных сосочков человека из волосяных фолликулов с целью дальнейшего их культивирования клетки теряют эту способность к активации роста волос. Однако при выращивании клеток человеческого дермального сосочка в 3D-структурах, а именно, в виде дермальных сфероидов (подход, применяемый в последние годы), они восстанавливают свою индуктивную способность. В данной работе Сео (Seo) и соавт. изучали сферы дермального сосочка человека с целью определения, производят ли они специфические факторы, которые могут активировать или влиять на эпителиальные клетки. Используя протеомическую матрицу для анализа белков, секретируемых в культуральную среду, авторы обнаружили, что сфероиды дермальных сосочков вырабатывают активин А – член суперсемейства TGF-β, чего не делают клетки в 2D-культурах. Путем миРНК-опосредованной деактивации («нокдауна») активина А в сфероидах, вследствие чего те утратили способность стимулировать рост новых волос, ученым удалось продемонстрировать его необходимость для восстановления индуктивных свойств сфероида. Но при этом рекомбинантный активин А не увеличил индуктивную способность сфероидов сосочка, а следовательно, его экспрессии как таковой для стимулирования роста волос не достаточно. Эта примечательная работа отвечает на вопрос, почему клетки дермального сосочка обладают индуктивными свойствами в 3D-культуре, но не в 2D-среде.

 

Транскриптомика отдельных клеток показывает, что дифференцировка и пространственные характеристики обуславливают гетерогенность эпидермиса и волосяного фолликула.

Cell Syst. 2016 Sep 28;3(3):221-237.e9. doi: 10.1016/j.cels.2016.08.010.

Впервые стволовые клетки волосяного фолликула были описаны в начале 1990-х годов, и с тех пор в волосяном фолликуле обнаружено несколько субпопуляций стволовых клеток, формирующих другие структуры, например, сальные железы и инфундибулюм. Учитывая возрастающее количество обнаруженных компартментов стволовых клеток, мы можем утверждать о высокой организационной сложности этой ткани, хотя до сих пор имеем слабое представление об инструментах для обнаружения всех субпопуляций стволовых клеток. В этой работе Джуст (Joost) и соавт. использовали метод секвенирования РНК отдельных клеток для расшифровывания транскриптома всех клеток в эпителиальном компартменте мышиного волосяного фолликула (в фазе телогена) и межфолликулярного эпидермиса. Авторы секвенировали 1422 отдельных клетки и выявили в эпителии кожи 25 различных кластеров клеток. В эпидермисе они обнаружили целый ряд хорошо сформировавшихся популяций, в том числе клеток Лангерганса, Т-клеток, а также базальных, дифференцированных и кератинизированных слоев кожи. Используя элегантные биоинформационные подходы, ученые создавали псевдовременные карты, на которых фиксировали переход клеток из базального слоя эпидермиса через роговой слой. В волосяном фолликуле авторы выявили 16 субпопуляций стволовых клеток, в том числе и ряд новых. Свою работу ученые дополнили ссылками на интернет-ресурсы, включая атлас, который может использоваться как справочник для идентификации различных типов клеток мышиного эпителия. Эти инструменты позволят исследователям стволовых клеток продолжить работу по разграничению функций и роли отдельных типов клеток в гетерогенной ткани.

 

При андрогенетической алопеции андрогены нарушают баланс экспрессии агонистов/антагонистов Wnt в клетках дермальных сосочков, препятствуя дифференциации стволовых клеток волосяного фолликула.

Mol Cell Endocrinol. 2016 Oct 18;439:26-34. doi: 10.1016/j.mce.2016.10.018.

Как хорошо известно, взаимодействие между дермальным сосочком и стволовыми клетками волосяного фолликула (HFSC) имеет большое значение для роста волос. При культивировании клетки дермального сосочка человека могут вызывать экспрессию K6hf (K75) в HFSC, что свидетельствует о переходе этих стволовых клеток в дифференцированное состояние. Анализ такого перехода может стать отличной моделью роста волос, так как in vitro клетки лысеющего дермального сосочка не способны стимулировать экспрессию K6hf в HFSC. В данной работе Лейрос (Leirós) и соавт. с целью ответа на вопрос, могут ли андрогены in vitro повлиять на способность клеток дермального сосочка стимулировать дифференцировку HFSC, использовали человеческую клеточную линию дермального сосочка со стойким андрогенным ответом. Авторы обнаружили, что добавление ДГТ в культуру клеток дермального сосочка приводило к увеличению Dkk1 (ингибитор Wnt) и снижению Wnt10b и Wnt5A. Это, в свою очередь, снижало способность клеток дермального сосочка инициировать экспрессию K6hf в HFSC. Поскольку дигидротестостерон, по всей видимости, ингибировал передачу сигналов Wnt, необходимых, как известно, для роста волос, ученые предприняли попытку выяснить, приведет ли добавление Dkk1 к культуре клеток дермального сосочка к аналогичному результату. Было обнаружено, что добавление Dkk1 к культуре клеток дермального сосочка для ингибирования Wnt-сигнализации также блокировало способность клеток сосочков активировать дифференцировку HFSC. Для сравнения, также было обнаружено, что одного лишь добавления Wnt10b к культуре клеток дермального сосочка с ДГТ было достаточно для преодоления клетками дермального сосочка ингибирующего действия ДГТ и инициирования процесса дифференциации HFSC. Эта работа свидетельствует о том, что человеческая клеточная линия дермального сосочка со стойким андрогенным ответом с добавлением ДГТ может в условиях in vitro достоверно имитировать состояние клеток лысеющих дермальных сосочков. Она также предполагает, что ДГТ может образовываться в результате перехода дермального сосочка из «нелысеющего» в «лысеющее» состояние путем ингибирования Wnt-сигнализации.

Leave a Comment

Authorize

Lost Password

Register

The registration is limited to active EHRS Members only.

If you want to become EHRS Member, please fill out the application form.

If you already are EHRS Member, please, contact us to get registered.
Thank you.